- Новости

Новость - Шаламов и Солженицын

5/18 июня 1907 года в Вологде в семье священника кафедрального собора Тихона Шаламова появился на свет мальчик по имени Варлаам (позже он отредактирует его до Варлам), который в будущем станет известным писателем. 

2018 год, как известно, был годом Солженицына (мы отмечали 100-летний юбилей великого русского писателя и мыслителя). Проводились самые различные мероприятия, и в  одном из них принимал участие автор этих строк. 15 ноября 2018 года в Вологодской областной универсальной научной библиотеке прошло заседание Исторического дискуссионного клуба в форме дебатов. Мне пришлось дебатировать с известным специалистом по жизни и творчеству Шаламова Валерием Есиповым, настроенным резко против Александра Исаевича и являющимся сторонником необольшевистских идей. Собственно, именно данное событие и послужило поводом для моей статьи.

Всё-таки двух часов мало, чтобы высказать все свои мысли, к тому же у оппонента было некоторое преимущество. Поэтому то, что я не успел высказать публично, во время диалога, я высказал позже в Интернете. Несмотря на то, что 2018 год уже закончился, а юбилея в этом году нет, это не повод, чтобы не продолжить разговор о двух писателях и о судьбах России и русского народа в ХХ веке.

Собственно, мой оппонент пытался настойчиво противопоставить Солженицыну Шаламову, выставить именно его «моральным авторитетом» и всячески злословил и обвинял Александра Исаевича во всех мыслимых и немыслимых грехах. Правда, высказанная им в «Архипелаге» его не интересует, г.Есипов в своём сборнике текстов под названием «Книга, обманувшая мир», ведёт информационно-пропагандистскую кампанию против Солженицына и против любых попыток рассказать о большевизме правду. Он не погнушался поместить туда даже откровенные фейки вроде «письма Чуйкова», а также заказной (и откровенно серый и никакой) текст, написанный писателем Юрием Бондаревым ещё почти 50 лет назад, клеветническую статью, написанную бывшим власовцем Самутиным и другие подобные тексты. Ну и, конечно же, собственные опусы и записи Шаламова, найденные и изученные им самим. Собственно, именно его «светлый образ» должен по авторской задумке заместить собою «предателя СоЛЖЕницына». Но если заняться тем, что предлагал сам г.Есипов – а именно «изучать тщательно личность Шаламова по источникам и научным работам», получается портрет человека совершенно далёко от идеального образа. Есипов, конечно, об этих чертах и фактах знает, но предпочитает оправдывать или особо не говорить.

Есипов копается в личной жизни Солженицына, пытается найти в нём какие-то компрометирующие черты, в частности, обвиняет его в том, что тот был «нарцисс» – хотя вот то, что самолюбивым и любителем собственного «паблисити» был иерей Тихон Шаламов, отец Варлама Шаламова, но стоит сказать это г.Есипову – и тот немедленно начнёт возмущаться, хотя я это прочитал в книге мемуаров самого Варлама Тихоновича. Или ему можно, а Солженицыну нельзя? Не могу понять. То есть обновленцу, подписавшему слёзный некролог по случаю смерти Ленина, организатору травли великоустюжского архиерея священномученика Алексия (Бельковского) можно, а русскому человеку, фронтовику, православному верующему нельзя выпускать свой альбом с фотографиями, тем более, что по нынешним временам это просто смехотворное «преступление», которым занимаются почти все обитатели социальных сетей. Но это ладно.

Год назад я попытался сравнить Солженицына и Шаламова, чтобы понять, почему один необольшевикам ненавистен, а другой им так необычайно сильно мил. И вот что у меня получилось.

1). Прежде всего, замечу, что это совершенно  разные в идейном плане люди. Шаламов –  левак, троцкист, безбожник, который никогда так и не раскаялся. Солженицын – начинал как марксист, считавший, что Сталин извратил Ленина, а потом стал антикоммунистом, русским националистом, православным христианином и традиционалистом. Собственно, если Шаламов считал, что Сталин якобы исказил ленинизм, что именно Троцкий – истинный наследник Ленина, то Солженицын пришёл к тому, что Сталин – продолжатель Ленина, который практически ничем от него идейно не отличался, что нет никакого отдельного сталинизма, а есть большевизм в целом (отличие Сталина от Ленина Александр Исаевич видит в том, что Сталин подверг репрессиям собственную партию). Собственно, Есипов высказывает ту же позицию, восхищаясь Лениным, который у него «державник», якобы «патриот, собравший Империю». Вообще позиция о том, что Сталин не революционер и что с Лениным они различны, с обратным знаком повторяют и сегодня наши неосталинисты (впрочем, уже меньше), вообще-то является троцкистской – ведь Троцкий выдвинул идею «сталинского термидора» (с отрицательным знаком) и заявил, что тот «предал революцию» и «попрал ленинские идеи» (примерно в таком духе). Стоит отметить, что в своих записях Шаламов употреблял слово «кулак» в отношении успешных и крепких русских крестьян в негативном ключе. Солженицын как раз восхищался такими людьми и интересовался историей крестьянских восстаний, в частности, Тамбовского, которому посвятил два своих двухчастных рассказа (планировал написать роман в цикле «Красное колесо», это было его давняя мечта, но, к сожалению, реализовать этот замысел ему не удалось). 

2). По этой причине Шаламов так и не понял, что его затянула в свои жернова большевицкая система как таковая (да и не мог и не хотел понять). Он с юных лет был страстным поклонником личностей и деятельности эсеров и народовольцев, писал о том, что практически многие века русской истории существовало т.н. «Сопротивление» государству, власти, которые «жестоко угнетали» и «гноили» в тюрьмах людей, т.е. совершенно антирусская позиция в принципе (и уже в советское время всё это «естественным образом» продолжилось, по его словам). Тогда как Солженицын в «Архипелаге» показал гуманную и нестрогую к революционерам Российскую империю на контрасте с большевизмом: он показывает началом истории ГУЛАГа 1918-й – начало большевицкой власти и её террора. Солженицын открыто симпатизирует Столыпину, Шаламов – тем, с кем боролся Пётр Аркадьевич. Будучи с молодости увлечённым личностями террористов-народовольцев и террористов-эсеров, вроде Савинкова, он пронёс это через всю жизнь. Шаламов с трепетом и восхищением вспоминал позже свою встречу с террористом-эсером Андреевым в Бутырке в 1937 году. И, разумеется, не мог не восхищаться террористами уже в 1960-е годы. Его симпатию вызывал международный террорист Эрнесто Гевара де ла Серна, известный всему миру под кличкой Че. Это подтверждают записи самого Шаламова, а также слова исследовательницы его творчества Ирины Сиротинской,  вспоминающей, что «часами рассказывал он мне о Че Геваре так, что и сейчас я ощущаю сырость сельвы и вижу человека, фанатично продирающегося через неё». Для Шаламова Гевара был, «во-первых, человеком высоких нравственных качеств, а во-вторых, тем, у кого слово не расходится с делами, в третьих – личностью, презиравшей приспособленчество». Про Гевару он даже написал откровенно чудовищные и бездарные стихи (стихотворение про Аввакума куда как лучше и талантливее, если сравнивать, в них действительно есть поэзия и красота). Хотя вот уже сейчас отлично известно, что тот был откровенным маньяком, садистом и убийцей, который убивал потому, что ему это нравилось. Геваровские бандиты на Кубе отправляли людей в концлагеря за прослушивание рок-н-ролла – как воспримут это рок-фанаты с изображениями Гевары на футболках?

3). Солженицын – широкий и разнообразный автор. Он автор романов, публицистики, военной прозы, автор огромной эпопеи «Красное колесо» – главный труд всей жизни. У него есть даже стихи, в частности, поэма «Дороженька», которая создавалась в лагере посредством запоминания – прекрасный образец русской модернистской поэзии. Шаламов же автор довольно маленький на его фоне, как бы это кому-то не было неприятно. «Колымские рассказы» (в принципе, самое известное произведение Шаламова, довольно сильное и впечатляющее, показывающее ужас колымских лагерей), ещё ряд рассказов, автобиографическая повесть «Четвёртая Вологда», стихи (местами талантливые, местами бездарные) – всё вместе это не тянет на огромного писателя мирового значения. Для Вологды он важен, конечно, хотя, наш край весьма богат писателями и поэтами и без того. Но на фоне Солженицына Шаламов и в самом деле смотрится просто карликом. И это не должно задевать поклонников шаламовского творчества, поскольку является объективным фактом.  Просто Солженицын – это великий русский мыслитель и писатель, значение трудов которого нам ещё только предстоит в полной мере осознать. А Шаламов, при всём его таланте, всё-таки никогда не будет иметь того значения, которое имеет Александр Исаевич. И это объективная истина.

4). Исходя из этого, мы видим, что тема лагерей не была главной для Солженицына. К тому же он, как сказано выше, осмыслил систему в целом, пытался показать её всю. Ничего подобного «Архипелагу» нет и сейчас. Все мемуары, бывшие прежде, передавали только личный опыт автора, а Солженицын собирал воспоминания других лагерников (вполне традиционный для историков способ, который применял «отец истории» Геродот). И это несмотря на то, что у него не было доступа к архивам, не было многих материалов, которые появились позже в свободном доступе. Он попытался показать весь Архипелаг, его историю, его сущность и т.д., тогда как Шаламов описал лишь один остров, кусочек ада, не более того. В принципе, в сознании он и остался автором одного произведения – «Колымских рассказов». Тогда как Солженицын – это автор не только «Архипелага» и «Колеса», но и «Одного дня Ивана Денисовича», «Ракового корпуса», «Матрёнина двора», «В круге первом» и «200 лет вместе». Кроме того он же ещё известен каждому западному интеллектуалу и очень многим политическим и государственным деятелям своей «Гарвардской речью» (которая повлияла в своё время на избрание Рональда Рейгана в США, повлияла на умы европейских и американских консерваторов и вызывает ненависть у леваков). Поэтому когда пытаются «задавить» Солженицына Шаламовым и поставить второго выше первого – это просто «натягивание совы на глобус». Каждый писатель занимает свою нишу. И когда пытаются вот так противопоставить Солженицыну Шаламова, причём, сделать это из ненависти к первому и возвысить над ним второго, это означает только то, что первый кому-то очень и очень сильно неприятен.

Поэтому очень важно сегодня изучать произведения означенных авторов самостоятельно и самим делать выводы. Очень важно изучать произведения Александра Исаевича Солженицына, особенно его публицистическое наследие, которое несёт в себе очень важные идеи для современной России. Но самое главное – чтобы ужасы Колымы и Джезказгана, ужасы, описанные в «Колымских рассказах» и в «Архипелаге ГУЛАГ» больше никогда не повторились на нашей земле. Это самое главное, что надо помнить и понимать.

 Сергей Зеленин