- Новости

Новость - Не служил – не мужик: За что и почему граждане России снова полюбили армию

 
Фото: www.globallookpress.com

Рейтинг одобрения вооружённых сил достиг в Российской Федерации исторического максимума, и за этими цифрами – огромная работа. Чья?

Автор:
Фоменко Виктория

Военная служба вновь становится в нашей стране популярной и престижной, как это было много десятилетий назад. Соцопрос, проведённый «Левада-Центром», показал: 60% наших сограждан убеждены, что каждый настоящий мужчина должен отслужить в армии. Еще 24% полагают, что, хотя служба в вооружённых силах и не отвечает их личным интересам, но это долг, который следует отдать обществу.

Суммарно положительно относятся к военной службе 84% граждан России. Это абсолютный рекорд за постсоветскую историю страны. 88% опрошенных к тому же не сомневаются, что армия и флот способны защитить Россию в случае внешней агрессии.

 

Такие цифры тем более удивительны, если вспомнить, что ещё в 2015-м безусловно положительное отношение к армии демонстрировали всего 42% респондентов, а убеждение «неприятно, но надо» разделяли 40%. Что же произошло за эти три с половиной года, что сумело столь существенно поднять градус общественного одобрения военного ведомства и самой армейской службы?

Фото: www.globallookpress.com

Реформы – не всегда ругательство

С 2012-го по 2015 год в нашей стране проводился второй этап масштабной реформы вооружённых сил, рассчитанной до 2020 года. Если первый этап, проводившийся под руководством скандально известного экс-главы Минобороны Анатолия Сердюкова, сводился к массовым сокращениям командного состава, ломке устоявшихся форм организации и изменению принципов обеспечения войск, и потому оставил сугубо негативные впечатления, то второй как раз имел целью сделать сокращённые и очищенные от балласта вооружённые силы привлекательными в глазах гражданских.

Опубликованные в открытом доступе материалы Миноборонысвидетельствуют, что специалисты ведомства не обольщались насчёт эффективности таких моральных императивов, как «патриотизм», «чувство долга» и «любовь к родине». Военные социологи однозначно указывали на установившийся приоритет материальных ценностей и стремление современных людей добиваться материального благополучия.

Соответственно, как только военным дали достаточно финансов, они тут же зашли с козырей: в январе 2012-го денежное довольствие было увеличено в 2,5-3 раза. Такой шаг, следует признать, был вполне оправданным: люди, соглашающиеся рисковать жизнью и здоровьем ради своей страны, имеют право на достойную зарплату.

Нагрянувший позднее экономический кризис в некоторой степени обесценил повышение военных окладов, но эти неурядицы так же ударили и по гражданским зарплатам, так что и в этом плане особого урона престижу военных нанесено не было.

Ещё одним очень важным шагом стало частичное решение жилищной проблемы. Истории о бездомных офицерах, десятилетиями стоявших в очередях на жильё, были неотъемлемой частью 90-х. Не делась эта проблема никуда и в сытые нулевые. По состоянию на 2009 год в очереди на получение квартир стояли 120 тысяч военных. К 2017-му же их осталось всего 30 тысяч. Цифра тоже немалая, но за 8 лет вчетверо сократить число нуждающихся в жилье – успех впечатляющий.

Решить проблему помог, как ни странно, рынок. Вместо того чтобы непосредственно вкладывать деньги в строительство жилья силами военного ведомства и аффилированных с ним структур, спонсируя тем самым коррупцию, государство ввело программу льготного ипотечного кредитования. В результате люди, проблема которых годами причиняла государству головную боль, стали желанными клиентами для банков и строительных организаций.

В принципе, Минобороны планировало уже к концу 2013 года выйти на такой уровень, чтобы предоставлять жильё нуждающимся сотрудникам в течение года после поступления заявки. Но свои коррективы опять же внёс кризис.

В армии бывали, дедов не видали?

Для оздоровления психологического климата в армии важнейшим фактором стал переход от двухгодичной службы к одногодичной. Решение было принято ещё в 2008-м, но его эффект стал заметен только несколько лет спустя.

Военному ведомству пришлось приложить огромные усилия, чтобы изжить патологическую культуру доминирования старослужащих над новичками, занесённую в армию уголовными элементами ещё во времена СССР. Нельзя сказать, что сейчас эта проблема целиком и полностью искоренена; время от времени в частях случаются эксцессы, в том числе и на межнациональной почве. Однако того беспредела, что творился в 90-е и в начале 2000-х, сейчас и близко нет.

Благотворную роль сыграло и общее сокращение вооружённых сил. Сильнее всего реформы первого этапа проредили сухопутные войска, где было расформировано 90% частей и соединений, а также центральный аппарат Минобороны, численность которого сократилась с 51 000 до 13 400 человек. Большие сокращения штатов произошли на флоте (49%) и в военно-воздушных силах (48%).

При этом везде применялся один и тот же принцип: «под нож» пускали кадрированные части, то есть те, что могут стать боеспособными только в случае тотальной мобилизации и призыва миллионов резервистов. Безжалостно резались и места военной бюрократии, сокращались штабные и командные структуры, учебные и медицинские центры.

А вот в развитие частей постоянной боевой готовности, наоборот, вкладывались дополнительные средства. Такая политика не только позволила заменить небоеспособного монстра позднесоветского образца на небольшую, но очень эффективную армию, но и вернуть военной службе её основной смысл: готовиться к истреблению врага и по первому приказу применять отработанные навыки. Так что если прежде призывники, на два года приходившие маяться бездельем (не считать же осмысленной деятельностью подметание плаца ломами), были практически обречены на моральное разложение и деградацию, то с возвращением учений, стрельб и реальных боевых заданий произошло прямо противоположное. Армия осознала себя действительно важным элементом общества, и общество почувствовало эту перемену.

Армия осознала себя действительно важным элементом общества, и общество почувствовало эту перемену. Фото: www.globallookpress.com

Мощный удар по неуставным отношениям нанесло и широкое привлечение в вооружённые силы контрактников и гражданских специалистов. В 2012 году их было в российских войсках 160 тысяч, а к 2018-му стало уже 380 тысяч. В использовании срочников при этом наблюдается обратная тенденция: ежегодный призыв сократился с 280 тысяч в 2012-2015 годах до 245 тысяч в 2018-м. Для сравнения, в 90-е призыв отправлял в казармы до 400 тысяч человек.

Служить в армии стало и не так долго, и не так опасно (до 2008 года ежегодные потери ВС от самоубийств, убийств и запущенных заболеваний составляли от пятисот до тысячи солдат и офицеров). Так что теперь служба по призыву воспринимается не как потерянные годы, а как некая инициация, подводящая черту под детством и открывающая дверь во взрослую жизнь.

Дорого и эффективно

Разумеется, профессиональная, хорошо подготовленная и оснащённая армия не может быть дешёвой в содержании. И модернизация российских вооружённых сил – яркий тому пример. В 2007-м, накануне реформ, годовой оборонный бюджет составлял 37 миллиардов долларов; к 2012 году эта цифра выросла до 54 млрд, а в 2016-м и вовсе достигла 69,2 миллиарда. Для сравнения, Россия завершила Вторую чеченскую войну, тратя на армию всего 6 миллиардов долларов в год.

Часто можно встретить утверждения, что толчком к обновлению вооружённых сил стала пятидневная война 2008 года, когда российские военные хоть и разгромили обученную и экипированную по стандартам НАТО грузинскую армию, но столкнулись с большим количеством трудностей из-за изношенности боевой техники и неготовности воевать на современном технологическом уровне. Однако это ошибочное мнение.

На самом деле реформа началась 15 февраля 2007 года, когда Владимир Путин подписал приказ о назначении министром обороны Анатолия Сердюкова. Назначение было произведено всего через пять дней после Мюнхенской речи, в которой российский лидер отказался принимать однополярный мир, выстраиваемый в соответствии с желаниями США.

К Сердюкову можно относиться по-разному, однако сейчас уже ясно, что его предназначение заключалось в сломе порочной системы, разрушении армии, созданной для ведения полномасштабной войны на тысячекилометровых фронтах, и создании на её обломках вооружённых сил нового типа: мобильных, всегда готовых к выполнению боевых задач и оснащённых самым современным оружием, средствами связи и экипировкой.

При этом Сердюков так и не получил особо больших денег на свои преобразования, так что при нём вместо рыхлых и полностью недееспособных дивизий и корпусов формировались бригады. Военные эксперты справедливо отмечали, что соединения такого масштаба слишком малочисленны и не способны вести серьёзные боевые действия. Но смысл преобразований сводился не к созданию всесокрушающих танковых армад и воздушных флотов – цель была в том, чтобы заложить фундамент армии будущего. И эта задача была успешно выполнена.

Уже с 2015 года начался отход от бригадной организации. Вместо бригад начали формироваться более крупные соединения. Но, в отличие от «бумажных» дивизий постсоветского периода, они были уже по-настоящему пригодны к использованию на поле боя.

Фото: www.globallookpress.com

Параллельно началась «накачка» армии, флота и авиации новой техникой. Вообще, о новых образцах вооружений, которые в последние годы не просто показывают на выставках и гоняют по парадам, а в товарных количествах поставляют в войска, и более того, активно применяют по врагу, – Царьград сообщал.

Это и произведшие фурор крылатые ракеты «Калибр», и новые истребители Су-30 и Су-35, и открывшая новую эпоху в развитии бронетехники платформа «Армата», и новейшие комплексы радиоэлектронной борьбы, эффективность которых довелось испытать на своей шкуре морякам с ударного американского эсминца «Дональд Кук».

К началу 2018-го оснащённость войск современными образцами вооружений достигла 58,9%, в четыре раза превзойдя показатели 2012-го. В Воздушно-космических войсках цифра ещё выше – 72%. Российская авиация в этом плане является мировым лидером и на порядок превосходит ВВС главного вероятного противника.

Три войны

Впрочем, мало иметь передовое оружие и отлаженную военную машину. Крайне важно также иметь смелость ею пользоваться.

В 2008-м российские войска, действуя в численном меньшинстве и на дряхлой бронетехнике, разгромили грузинскую армию в Южной Осетии и перенесли боевые действия на территорию страны-агрессора. Русские показали себя профессиональными, безрассудно храбрыми, хоть и скромно экипированными воинами.

В марте 2014-го весь мир, поражаясь, следил за действиями «вежливых людей» в Крыму. Многие помнят радостное удивление и наших сограждан по этому поводу: неужели это наши военные, упакованные в современную амуницию не хуже американских морпехов, могут так выглядеть и действовать?..

Эффект был закреплён в ноябре 2015-го, когда наши Воздушно-космические войска начали операцию против запрещённого в России (да и большинстве других стран) террористического движения «Исламское государство». Казавшиеся до того непобедимыми религиозные фанатики за несколько месяцев превратились в грязных бармалеев, тысячами гибнущих под бомбовыми ударами.

Сирийская кампания окончательно закрепила за российскими военными репутацию высокотехнологичной беспощадной силы, которая может безнаказанно истреблять противника, действуя с недосягаемых высот.

К слову, именно поэтому такой шок в обществе вызвала предательская атака турецкого истребителя, сбившего наш Су-24 в ноябре 2015 года.

Вопреки прогнозам многих злопыхателей, Сирия не стала «российским Афганом», чёрной дырой, куда утекают сотни солдатских жизней и миллиарды рублей. На конец 2018 года официально подтверждённые потери российских военных составили 112 человек. Половина из них приходится на крушение военно-транспортного самолёта Ан-26 и гибель самолёта-разведчика Ил-20, сбитого сирийскими ПВО в результате израильской провокации. Непосредственно в боях Россия потеряла около 40 военных, а также 7 вертолётов, 8 самолётов и один или два БТР.

Фактически российский Генштаб за десять лет трижды доказал, что умеет воевать не только числом, но и умением.

За короткий промежуток времени роль армии в российском обществе принципиально изменилась. Мы преодолели и последствия развала империи, и детские болезни роста. И, зная русскую историю, можно предположить, что в ближайшем будущем наша армия начнёт менять и будущее других народов. В лучшую или худшую сторону – это зависит во многом от их поведения. Однако свой народ русская армия не подведёт. Это уж точно.